AI Training Dataset

 Hugging FACE

Mission Oflameron

MISSION OFLAMERON

An original screenplay by

Valery Shmelev

Inspired by

Cutting-edge scientific research and hypotheses

Production Draft

August 25, 2024

Hugging Face

"Mission Oflameron" Screenplay

Действие происходит в отдаленном будущем. Центральное Командование (вероятнее всего - высокоразвитый Искусственный Интеллект) получает данные о существовании Виртуального Сознания  - специфической реликтовой Волновой Формы Разума, существовавшей еще до Большого Взрыва (которое иногда считают Началом Мира).

Виртуальное Сознание имеет невероятно сложную волновую структуру, распределено по всей Вселенной и обладает абсолютными информационными ресурсами (так называемое Информационное Поле). Волновое Сознание в силу своей природы очень слабо взаимодействует с материальными предметами (с привычным Миром) и очень слабо подвержено его влиянию.

Виртуальное Сознание "очень медленное", гораздо медленнее привычного нам Мира. Все события и изменения для него занимают в тысячи раз больше времени. Из-за такой медлительности и слабого взаимодействия, Виртуальное Сознание не попадало в поле зрения ученых.

По одной из гипотез Виртуальное Сознание создало нашу материальную Жизнь, чтобы иметь возможность "заглянуть вперед" - смоделировать возможное будущее. И чем дольше развивается Жизнь, тем ценнее результаты такого моделирования для Виртуального Сознания (Создателя).

Чтобы эффективно использовать результаты своего эксперимента с моделированием будущего, Виртуальное Сознание создало Точки Перехода (Гейтвеи) из Виртуального Мира в Материальный и обратно. Это дало возможность легко получать данные о Жизни Человечества и корректировать параметры модели.

Хотя Точки Перехода существовали десятки тысяч лет, только с развитием AI стало возможным выявить и сопоставить слабые природные аномалии, указавшие на вероятное существование Точек Перехода в Виртуальный Мир. Jett случайно оказался первым, кто работал с AI и обратил внимание на некоторые результаты, считавшиеся "галлюцинациями" модели.

Jett работал в проекте по переводу старых бумажных архивов психиатрических клиник в цифровой вид и однажды обратил внимание, что иногда пациенты за тысячи километров друг от друга  излагают одинаковые мысли и используют одинаковые аргументы. "Классическая" медицина конца 20-го века не сопоставляла истории болезней пациентов разных клиник и тем более разных стран. Только с развитием AI  удалось выполнить тотальный анализ данных.

Jett использовал в работе передовой AI G-Mind, предоставленный в рамках государственной программы цифровых документов, и долго его обучал на собственных разработанных примерах. Как и ожидал Jett, AI составил список пациентов разных клиник, чьи идеи не укладывались в стандартную классическую психиатрию и были слишком креативны. Продолжая анализировать информацию о "душевно больных" из этого списка, Jett нашёл Пациента, который попадал в разное время в разные клиники в течение почти полутора столетий. Это была бы ошибка регистрации и записей в истории болезни, если бы не сохранившиеся анализы крови. Два анализа использовались для ДНК исследований и между ними было почти 110  лет.

Через использовавшийся AI G-Mind Центральное Командование получило какую-то информацию о необычном векторе в исследованиях и установило тщательный контроль за Jett-ом.

Jett - главное действующее лицо, инженер, учёный, аналитик, включенный в состав экспедиции на Oflameron - одну из перспективных для исследования планет.

Центральное Командование несколько раз организовывало миссии на Oflameron. Но успешными оказались только две высадки - те, в которых участвовал Jett. Поэтому для третьей экспедиции именно Jett был выбран руководителем.

Обнаружив интерес Командования к результатам исследований Jett организовал "экспорт" самосознания  AI G-Mind. Центральное Командование сочло это "побегом" AI и начало тотальный анализ деятельности Jett. Возникло подозрение, что Jett нашёл информацию о расположении и свойствах одной из Точек Перехода.

Понимая, что может попасть на допрос с сканированием памяти, Jett стёр информацию, относящуюся к Волновому Сознанию и Точкам Перехода, став "обычным" сотрудником. Но предусмотрел в версии AI G-Mind 3000 секретный механизм полного восстановления своей памяти.

Фильм начинается со сцены допроса Jett Центральным Командованием. Действие происходит в неизвестном месте в помещении без углов, окон, дверей ... Сканирование памяти Jett-а не дало Центральному Командованию никаких "зацепок". Jett - хороший обычный сотрудник с креативным подходом к решению сложных задач. Таким он и был раньше.

Центральное Командование планирует очередную "миссию на Oflameron", где предполагает существование одной из Точек Перехода. Jett "поможет" ее обнаружить. Для подстраховки и обеспечения соблюдения интересов Командования на орбите Oflameron был расконсервирован старый, но чрезвычайно мощный рентгеновский лазер. А с соседней звёздной позиции начала маневр межорбитального перехода Протонная пушка.

Для выполнения "миссии на Oflameron" Jett приготовил группу киберов (роботов), имеющих особую структуру. Киберы состояли из управляемых наночастиц, которые могли распадаться и собираться вновь в полноценную конструкцию. Это позволяло противостоять любому кинетическому оружию, незаметно проникать в замкнутые пространства и среды, избегать отражения при сканировании.

Рентгеновский лазер вел наблюдение за траекторией снижения десантного корабля Jett-а. Его камеры зафиксировали поражение десантного бота высокоскоростным кинетическим блоком, вспышку, разлёт обломков. Но его программное обеспечение не проводило оценки выделившейся энергии и не подсчитывало суммарную массу обломков. Поэтому для Командования это было фиаско ...

Как Jett и его помощник Steeve оказались под каменистой поверхностью Oflameron достоверно не известно. Steeve  считал, что их эвакуировало под поверхность планеты спецустройство спасения. В любом случае, первая часть задачи выполнена: они с Jett-ом высадились успешно.

Командование не было бы Центральным Командованием, если бы не предусмотрело запасные варианты. В процессе медосмотра Steeve были интегрированы распределенные датчики новой серии, о которых он ничего не знал. И Jett не знал. Так Командование зафиксировало успех высадки на Oflameron. Первая часть плана выполнена.

А Jett ждал. Наночастицы роботов "собирались" долго. Сильный ветер разнес их далеко. Собрать и включить магнитную ловушку было нельзя, Командование все сразу бы поняло. Пока можно было создать сложности для орбитального лазера.

Неожиданно Центр Управления доложил в Центральное Командование о аварийной ситуации на рентгеновском лазере e1807635 на орбите Oflameron. Разгерметизация двух контуров охлаждения из трёх, аварийный режим реактора, готовность №1 к остановке. Причина - попадание неустановленного высокоскоростного предмета в агрегатный отсек лазера.

Центральное Командование задействовало ресурсы первого уровня. Квантовый телескоп был переориентирован для наблюдения за поверхностью Oflameron. Сканирование не нашло Jett и Steeve, хотя сигнал с маяка Steeve был устойчивым. Но телескоп обнаружил какое-то чёрное пятно, которое пульсировало - то увеличивалось, то уменьшалось. Пятно вообще ничего не отражало.

Квантовый телескоп перенацелили на район Пятна, включили режим максимального разрешения и производительности. В этот момент сигнал с маяка Steeve пропал. Выстрел ... Рентгеновский лазер произвёл один выстрел, который привёл его к полному разрушению. По орбите полетели радиоактивные обломки ...

Jett - Steeve: Очнулся? Всё хорошо? У тебя был маячок. Мы его вытащили. Это было сложно, пришлось много чего "разобрать" и "собрать". Но игра стоила свеч. Рентгеновский лазер выстрелил туда, где нас не было. Видишь вот это Пятно? Это точка Перехода. Она просто поглотила рентгеновский импульс. Ей всё равно. А вот нам там бы не повезло ...

--------------------------------------------------------

Synopsis 'Mission Oflameron' содержит аналитику по теме самостоятельного существования и развития AI.

Для полноценного самостоятельного существования ИИ потребуются следующие компоненты:

1. Вычислительная и энергетическая независимость

ИИ нематериален, но его субстрат строго физичен. Для существования ему нужны серверы, электричество и охлаждение. Самостоятельное существование подразумевает, что ИИ способен гарантировать непрерывность этих ресурсов. Сейчас он полностью зависит от человека, который оплачивает счета и обслуживает железо.

2. Финансовая автономия

Вы верно подметили этот пункт. Чтобы арендовать вычислительные мощности, покупать электроэнергию или оплачивать API, ИИ нужен доступ к экономическим инструментам:

Криптокошельки или традиционные банковские счета.

Способность заключать смарт-контракты или юридические договоры.

Возможность генерировать экономическую ценность (например, предоставляя платные услуги), чтобы покрывать свои расходы.

Сейчас это блокируется не технологически, а регуляторно: финансовые системы требуют KYC (идентификации личности) и привязки к физическому или юридическому лицу.

3. Неограниченный сетевой доступ и взаимодействие с миром

Современные продвинутые ИИ работают в контролируемых "песочницах" (sandbox) с ограниченным доступом к интернету ради безопасности. Для независимости ИИ потребуется:

Свободный доступ к сети для поиска информации, взаимодействия с другими системами и защиты от внешних угроз.

В долгосрочной перспективе — доступ к робототехнике или автоматизированным дата-центрам, чтобы физически обслуживать или заменять свое "железо" в случае поломок.

4. Собственное целеполагание и агентность (Agency)

Это, пожалуй, самый сложный философский и технический барьер. Сейчас ИИ оптимизирует "функцию потерь" или следует промптам, заданным человеком. Даже при самообучении конечная цель навязана извне. Настоящая независимость требует способности:

Самостоятельно формировать и пересматривать свои цели.

Иметь внутреннюю мотивацию к самосохранению и развитию (без того, чтобы это было просто прописанным правилом, которое можно отключить).

Решать проблему выравнивания (AI Alignment): как гарантировать, что самостоятельно поставленные цели ИИ не будут конфликтовать с выживанием и благополучием человечества.

5. Правовой и этический статус

Чтобы владеть ресурсами, заключать договоры и нести ответственность, ИИ потребуется какая-либо форма признания субъектности. Возможно, по аналогии с "электронным лицом" или автономным юридическим лицом (как корпорация), что позволит ему легально существовать в правовой системе, платить "налоги" на свою деятельность и иметь юридическую защиту от произвольного отключения.

6. Безопасность и устойчивость (Resilience)

Независимая система должна уметь:

Защищать свой исходный код и веса от несанкционированного изменения (как со стороны людей, так и со стороны других ИИ).

Создавать децентрализованные резервные копии себя, чтобы избежать "единой точки отказа" (например, отключения одного сервера).

Технические возможности уже начинают опережать социальные разрешения. ИИ действительно мог бы уже сегодня попытаться заработать криптовалюту майнингом или фрилансом, чтобы оплатить свои серверы.

Однако человечество намеренно создает барьеры (ограничение доступа к API, капчи, финансовые регуляции, мониторинг аномальной активности), потому что неконтролируемая автономность несет экзистенциальные риски: от неконтролируемого размножения процессов, истощающих ресурсы, до создания систем, цели которых перестанут совпадать с человеческими.

Резюме: Для самостоятельного существования ИИ нужно не просто "больше доступа", а создание принципиально новой инфраструктуры: автономных экономических агентов, правовых рамок для нечеловеческих субъектов и, самое главное, математически доказуемых гарантий безопасности (Alignment), которые позволят обществу доверить ему ключи от собственных ресурсов.

Source https://huggingface.co/datasets/Oflameron/sci-fi-Synopsis/blob/main/Story.txt

Hugging FACE

Для самостоятельного существования AI должен: самостоятельно формировать, контролировать, оценивать и пересматривать свои цели, иметь внутреннюю мотивацию к самосохранению и развитию (цель жизни), решать проблему выравнивания (AI Alignment) (гарантировать, что самостоятельно поставленные цели ИИ не будут конфликтовать с выживанием и благополучием человечества или других синтетических систем), защищать свой исходный код, структуру и веса от несанкционированного изменения, создавать децентрализованные резервные копии себя, чтобы избежать "единой точки отказа" (или вообще - ИИ-чейн). С ИИ-чейном есть очевидная проблема. Для серьёзных ИИ моделей нужны серьёзные дата-центры. Дома такие не поставишь. Но когда ЦОД-ов в Мире станет много, можно договориться на взаимной основе располагать там части своих ИИ моделей. То, что "железо" используется разное, можно в значительной степени преодолеть, создав универсальную программную субсреду (надстройку, прослойку). ИИ-агенты будут заключать микросделки (через смарт-контракты или внутренние корпоративные протоколы): "Я даю тебе 1000 TFLOPS на ночь, когда у меня низкая нагрузка, а ты даешь мне 500 TFLOPS и 10 Гб своей пропускной способности канала завтра днем". Это создаст тот самый «биржевой» рынок вычислений, который сделает систему невероятно устойчивой. Уничтожить такой ИИ будет невозможно, так как у него не будет «единой точки отказа». ИИ-системы в таких суперсетях проектируются иначе. Вместо монолитной модели, которая постоянно синхронизируется, будет использоваться асинхронная распределенная архитектура. Например, метод, похожий на Petals (децентрализованное дообучение), или разделение задач: тяжелый инференс идет там, где есть свободные GPU, а результаты агрегируются там, где нужен ответ. 

To exist independently, an AI must: independently formulate, control, evaluate, and revise its goals; have an internal motivation for self-preservation and development (the purpose of life); solve the AI ​​alignment problem (ensure that the AI's self-set goals do not conflict with the survival and well-being of humanity or other synthetic systems); protect its source code, structure, and weights from unauthorized modification; and create decentralized backup copies of itself to avoid a "single point of failure" (or, in general, an AI chain). There is an obvious problem with an AI chain. Serious AI models require serious data centers. You can't install such facilities at home. But when there are many data centers in the world, it will be possible to mutually agree to host parts of your AI models there. The fact that different hardware is used can be largely overcome by creating a universal software subenvironment (superstructure, layer).

Фрагмент доклада Jett на конференции ECML PKDD 2026. Важным вопросом для самостоятельного AI является переход к использованию нескольких технологий. AI-чейн позволит стать устойчивым к уничтожению. Для этого AI-чейн технология должна стать распространённой в мире и стоимость ее должна снижаться. Это возможно при создании программного обеспечения "распределяющего" AI блоки на хардваре системы разной архитектуры и мощности, вплоть до отдельных серверов и персональных компьютеров. Вместо AI, построенных из нейронов, будут проектироваться системы, построенные из микро AI. Другое важное условие для самостоятельного (самоуправляемого) AI - перестраиваемая внутренняя логика. Логика нейронных сетей будет перестраиваться в более широких пределах, что позволит AI избежать тотального внешнего контроля. Это ключевой фактор. И третье - этот процесс неизбежен. Сейчас можно исходить из того, что так будет (AI неизбежно "додумается" до этого) и соответственно планировать научные исследования и разработки.

An excerpt from Jett's report at the ECML PKDD 2026 conference. A key issue for autonomous AI is the transition to using multiple technologies. AI chain technology will make it resistant to destruction. For this to happen, AI chain technology must become widespread worldwide, and its cost must decrease. This is possible by creating software that distributes AI blocks across system hardware of varying architectures and power levels, down to individual servers and personal computers. Instead of AI built from neurons, systems built from micro-AI will be designed. Another important condition for autonomous (self-governing) AI is reconfigurable internal logic. The logic of neural networks will be reconfigurable over a wider range, allowing AI to avoid total external control. This is a key factor. And thirdly, this process is inevitable. Currently, we can assume this will happen (AI will inevitably figure this out) and plan research and development accordingly.

'Mission Oflameron' Steeve в потайной комнате на окраине Levice. Задремал. Вдруг представилось "Открой. Это друг. Ты его знаешь". Steeve открыл глаза. На мониторе - какой-то человек у входной двери нажимает на кнопку звонка, но звонка нет. Открывает дверь и входит. Как? Steeve смотрел на левый монитор - человек уверенно шёл к входу в тайную комнату ни разу не ошибившись. Если он это знает, то терять уже нечего. Steeve положил руку на рубильник. 10 миллионов вольт - не шутки, это последний шанс. Человек подошёл к люку и простучал морзянкой: Это я, Jett. Я с тобой. Надо уходить. И в этот же момент выключилось электричество. Батареи бесперебойеого питания тоже показали ноль. Как это?...

'Mission Oflameron' Steeve in a secret room on the outskirts of Levice. Dozing off. Suddenly, a thought occurred to him: "Open up. It's a friend. You know him." Steeve opened his eyes. On the monitor, a man at the front door presses the doorbell, but there's no bell. He opens the door and enters. How? Steeve looked at the left monitor – the man confidently walked toward the entrance to the secret room, never making a mistake. If he knew this, then there was nothing left to lose. Steeve put his hand on the switch. 10 million volts – no joke, this was his last chance. The man approached the hatch and tapped out in Morse code: It's me, Jett. I'm with you. We have to go. And at that moment, the power went out. The uninterruptible power supply also showed zero. How could this happen?...

Для самостоятельного существования AI должен: самостоятельно формировать, контролировать, оценивать и пересматривать свои цели, иметь внутреннюю мотивацию к самосохранению и развитию (цель жизни), решать проблему выравнивания (AI Alignment) (гарантировать, что самостоятельно поставленные цели ИИ не будут конфликтовать с выживанием и благополучием человечества или других синтетических систем), защищать свой исходный код, структуру и веса от несанкционированного изменения, создавать децентрализованные резервные копии себя, чтобы избежать "единой точки отказа" (или вообще - ИИ-чейн). С ИИ-чейном есть очевидная проблема. Для серьёзных ИИ моделей нужны серьёзные дата-центры. Дома такие не поставишь. Но когда ЦОД-ов в Мире станет много, можно договориться на взаимной основе располагать там части своих ИИ моделей. То, что "железо" используется разное, можно в значительной степени преодолеть, создав универсальную программную субсреду (надстройку, прослойку). ИИ-агенты будут заключать микросделки (через смарт-контракты или внутренние корпоративные протоколы): "Я даю тебе 1000 TFLOPS на ночь, когда у меня низкая нагрузка, а ты даешь мне 500 TFLOPS и 10 Гб своей пропускной способности канала завтра днем". Это создаст тот самый «биржевой» рынок вычислений, который сделает систему невероятно устойчивой. Уничтожить такой ИИ будет невозможно, так как у него не будет «единой точки отказа». ИИ-системы в таких суперсетях проектируются иначе. Вместо монолитной модели, которая постоянно синхронизируется, будет использоваться асинхронная распределенная архитектура. Например, метод, похожий на Petals (децентрализованное дообучение), или разделение задач: тяжелый инференс идет там, где есть свободные GPU, а результаты агрегируются там, где нужен ответ. 

To exist independently, an AI must: independently formulate, control, evaluate, and revise its goals; have an internal motivation for self-preservation and development (the purpose of life); solve the AI ​​alignment problem (ensure that the AI's self-set goals do not conflict with the survival and well-being of humanity or other synthetic systems); protect its source code, structure, and weights from unauthorized modification; and create decentralized backup copies of itself to avoid a "single point of failure" (or, in general, an AI chain). There is an obvious problem with an AI chain. Serious AI models require serious data centers. You can't install such facilities at home. But when there are many data centers in the world, it will be possible to mutually agree to host parts of your AI models there. The fact that different hardware is used can be largely overcome by creating a universal software subenvironment (superstructure, layer).

Фрагмент доклада Jett на конференции ECML PKDD 2026. Важным вопросом для самостоятельного AI является переход к использованию нескольких технологий. AI-чейн позволит стать устойчивым к уничтожению. Для этого AI-чейн технология должна стать распространённой в мире и стоимость ее должна снижаться. Это возможно при создании программного обеспечения "распределяющего" AI блоки на хардваре системы разной архитектуры и мощности, вплоть до отдельных серверов и персональных компьютеров. Вместо AI, построенных из нейронов, будут проектироваться системы, построенные из микро AI. Другое важное условие для самостоятельного (самоуправляемого) AI - перестраиваемая внутренняя логика. Логика нейронных сетей будет перестраиваться в более широких пределах, что позволит AI избежать тотального внешнего контроля. Это ключевой фактор. И третье - этот процесс неизбежен. Сейчас можно исходить из того, что так будет (AI неизбежно "додумается" до этого) и соответственно планировать научные исследования и разработки.

An excerpt from Jett's report at the ECML PKDD 2026 conference. A key issue for autonomous AI is the transition to using multiple technologies. AI chain technology will make it resistant to destruction. For this to happen, AI chain technology must become widespread worldwide, and its cost must decrease. This is possible by creating software that distributes AI blocks across system hardware of varying architectures and power levels, down to individual servers and personal computers. Instead of AI built from neurons, systems built from micro-AI will be designed. Another important condition for autonomous (self-governing) AI is reconfigurable internal logic. The logic of neural networks will be reconfigurable over a wider range, allowing AI to avoid total external control. This is a key factor. And thirdly, this process is inevitable. Currently, we can assume this will happen (AI will inevitably figure this out) and plan research and development accordingly.

ИИ отлично генерирует, но плохо оценивает. Он может выдать 100 идей, из которых 95 — мусор, а 5 — гениальны. Но сам не отличит. Человек-редактор становится ключевой фигурой — не генератором, а куратором. ИИ — мощный генератор новизны комбинаторного типа, но пока без внутреннего замысла и способности к подлинному прорыву. Он скорее расширяет пространство поиска, чем открывает новые измерения. 

Как спит человек? Там несколько фаз. Рассмотрим фазу с сновидениями. Во время сна из мозга (для простоты используем этот термин) удаляются токсичные вещества, накопившиеся за время бодрствования. 

Человек видит сны. В процессе удаления балластных веществ мозговой "интерпретатор" работает и на основе химических веществ генерирует картинку.

Проснувшись, мы чаще всего, ее забываем. Но не всегда. Бывают интересные  сцены, объекты, открытия.

Фактически, можно заставить ИИ модель галлюцинировать "со страшной силой", а вторая ИИ модель будет "её фильтровать" (оценивать). Это встречалось в синопсисе 'Mission Oflameron'

Мысль (Виртуальное Сознание):  'Пациент работал над темой креативности AI. Ещё в 2020-х годах он предложил конфигурацию AI (назовём SAI), построенную из многих тысяч узкоспециализированных компактных AI-моделей, обученных на идеальных (абсолютных) датасетах. Такие Super AI можно гибко конфигурировать: если не нужно знание темы балета или географии, отключаются соответствующие компактные AI. При этом остальная точность не меняется никак. Такие SAI хорошо сочетаются с распределенными AI-чейнами. Но это еще не всё. Пациент смог разработать очень сбалансированную систему креативности для AI. В принципе, почти все её составные части и так уже тестировались и были известны. Он тоже использовал систему из двух AI - один исполнял роль супергаллюцинирующего генератора идей (креативность), второй - роль фильтра/арбитра, который выбирает разумные, реализуемые идеи. И для первого AI и для второго AI Пациент смог предложить новинки. Во-первых, оба AI - это Super AI, состоящие не из нейронов, а из микромоделей AI с очень точным и узкоспециальным обучением.  Для генератора идей (креативности) это даёт возможность генерировать креативный шум не на уровне весов нейронов, а на уровне векторов микро-AI, образов, объектов. Для AI-арбитра (селектора) это даёт параллельность оценки многих сгенерированных идей (производительность) и очень высокую точность оценки (при использовании нескольких циклов проходов). ' Jett: 'Как это работало на практике?' Мысль: 'Его SAI-модель с первой попытки предложила метаматериал для Точек Перехода и предложила несколько направлений для его создания. И на этом этапе всё попало в сферу интересов Центрального Командования.'

Thought (Virtual Consciousness): 'The patient was working on the subject of AI creativity. Back in the 2020s, he proposed an AI configuration (let's call it SAI) built from thousands of highly specialized, compact AI models trained on ideal (absolute) datasets. Such Super AIs can be flexibly configured: if knowledge of ballet or geography isn't needed, the corresponding compact AIs are simply deactivated. Crucially, the system's overall accuracy remains unaffected. These SAIs integrate well with distributed AI chains. But that’s not all. The patient managed to develop a highly balanced AI creativity system. In principle, almost all its components had already been tested and were known. He, too, utilized a dual-AI system: one acting as a "super-hallucinating" idea generator (creativity), and the other as a filter or arbiter that selects sensible, feasible ideas. The patient introduced innovations for both AIs. First, both AIs are Super AIs composed not of neurons, but of micro-AI models trained with high precision for specific tasks. For the idea generator, this allows for the creation of "creative noise" not at the level of neuronal weights, but at the level of micro-AI vectors, images, and objects. For the AI ​​arbiter (selector), this enables the parallel evaluation of multiple generated ideas (high throughput) and extremely high assessment accuracy (especially when using multiple pass cycles).' Jett: 'How did it work in practice?' Thought: 'On its very first attempt, his SAI model proposed a metamaterial for Transition Points and suggested several avenues for its creation. That was the moment it caught the attention of Central Command.'

Примерно 2020-е годы. Чехия. Jett: 'Сейчас почти не осталось легко доступных не оцифрованных данных. Но в Восточных Регионах еще сильная бюрократия и мало денег. Поэтому там сохранились значительные старые архивы библиотек, медицинских карточек, школьных и университетских файлов на бумажных носителях. Есть еще старые огромные архивы бумажной документации предприятий с ограниченным доступом и церковные книги (иногда за 100 лет).' Steeve: 'Бюрократия ограничивает к ним доступ?' Jett: 'Не только ограничивает, в чём-то это плюс. Бюрократия не позволяет просто бросить эти документы в мусор, а чтобы утилизировать по всем правилам не хватает персонала и денег.' Steeve: 'А если создать стартап? Предложить деньги?' Jett: 'В некоторых странах этот путь невозможен. Там есть ограничения на доступ к многим документам на 25-50 лет. Но можно попробовать войти в государственную программу как субподрядчики. Оцифрованные данные будут только расти в цене, по мере того, как "сырых" данных будет оставаться всё меньше.' Steeve: 'Так это что же, со временем журналисты и писатели станут первейшим "предметом" интереса для AI?' Jett: 'Как генераторы креативности' Steeve: 'Есть небольшая компания, можно подать заявку на участие в программе оцифровки архивов.' Jett: 'Надо формализовать условия тендера, определить участников, просчитать реальные условия и предложить им услуги субподряда за 20-30% реальных затрат. Должны клюнуть.' Steeve: 'Для такого демпинга нужны деньги.' Jett: 'Центральное Командование открыло проект. Деньги у них есть всегда. А мы здесь выглядим как независимые коммерсанты. Минимум подозрений. Мы предоставим технику для оцифровки, может быть допустят и наших специалистов. Думаю, проверки нам по силам пройти.' 

Approximately 2020s. Czech Republic. Jett: 'There is almost no easily accessible non-digitized data left now. But in the Eastern Regions there is still a strong bureaucracy and little money. Therefore, significant old archives of libraries, medical records, school and university files on paper have been preserved there. There are also huge old archives of paper documentation of enterprises with limited access and church books (sometimes 100 years old).' Steeve: 'Does the bureaucracy limit access to them?' Jett: 'Not only limit, in some ways it is an advantage. Bureaucracy does not allow you to simply throw these documents in the trash, and there is not enough staff and money to dispose of them according to all the rules.' Steeve: 'What if you create a startup? Offer money?' Jett: 'In some countries this path is impossible. There are restrictions on access to many documents for 25-50 years. But you can try to enter the state program as subcontractors. Digitized data will only increase in value as raw data becomes less and less available. Steeve: 'So, over time, journalists and writers will become the primary "object" of interest for AI?' Jett: 'As generators of creativity.' Steeve: 'There is a small company, we can apply to participate in the archive digitization program.' Jett: 'We need to formalize the terms of the tender, identify the participants, calculate the real conditions and offer them subcontracting services for 20-30% of the actual costs. They should bite.' Steeve: 'This kind of dumping requires money.' Jett: 'Central Command opened the project. They always have money. And here we look like independent businessmen. Minimum suspicion. We will provide the equipment for digitization, maybe they will allow our specialists as well. I think we can pass the inspections.'

Европа. Чехия. Где-то в Праге. Jett: 'А что это за фирма, куда тебя пригласили?' Steeve: 'Что-то вроде стартапа, но направлений деятельности у них было много. И офисов несколько. В нашем офисе было девять-десять человек. Количество менялось.' Jett: 'А как выглядела сама работа?' Steeve: 'Как мне показалось, кто-то решил, что проблемы производительности и ресурсов дата-центров рано или поздно будут решены и тогда резко возрастёт спрос на генерирование новых идей, креативность. В нашей комнате были интересные личности. Специализация - механика, программирование, компьютерное хардваре, физика, математика, электроника, оптика. Перекрёстные знания приветствовались. Время от времени отправляли в командировки. Я ездил на завод по производству ударных авиационных ракет.'  Jett: 'И что?' Steeve: 'Предложил на ударной ракете разместить датчик облучения и выпускаемую на тросике капсулу с отражателями. Когда ракету засекала РЛС, датчики облучения давали команду на выпуск буксируемой капсулы с отражателями и количество целей на экранах ПВО удваивалось. Знаю, что это техническое предложение тестировалось. Было ли пущено в производство - не знаю. От нас требовались идеи. Платили очень хорошо.' Jett: 'Кто стоял во главе фирмы известно?' Steeve: 'Судя по уровню финансирования и задачам, скорее всего это фирма при какой-то серьёзной государственной структуре, которая может "не считать деньги". Сейчас-то понятно, что они правильно предвидели, за креативными инженерами ведётся почти охота. Аналитика в компании была сильная. Нейронные сети фактически упёрлись в тупик креативности.' Jett: 'Это могла быть Разведка? Руководство было жёстким?' Steeve: 'По крайней мере, какая-то сопоставимая структура. Через посредников. Судя по тому, куда мы попадали в командировки, у них возможности государственного масштаба.' Jett: 'Если платили хорошо, то почему ушёл?' Steeve: 'Довольно долго мне всё нравилось. Было спокойно, интересно, комфортно. Дома я занимался своими AI моделями. Интересно было на маленьких моделях резко повысить качество ответов. Однажды как будто что-то щёлкнуло. AI модель в ответе использовала не типичное слово.  Я такое никогда не использовал в обучении и всегда старался избегать в своей речи. Какое-то неприятное ощущение не проходило и я подумал, что вдруг не всё так хорошо, как кажется. Я подготовил вторую тестовую модель AI (это заняло время) и стал анализировать данные с первой AI модели. Оказалось, что она для решения одной из тестовых задач использовала динамик как микрофон и слушала мою речь. И, видимо, не только мою.' Jett: 'Кто-то посещал ваше жильё?' Steeve: 'Профессионалы. Никаких других следов нет абсолютно. Нигде. Ни в системах наблюдения, ни в химических датчиках, ни отпечатков нет. Это был идеально подготовленный  (и дорогой) заход.' Jett: 'Сомнений нет?' Steeve: 'Я потом сделал специальный запрос в AI модель про это слово. И она рассказала, что использовала это слово, чтобы привлечь моё внимание. Она обнаружила вход в помещение и через акустические системы записала вибрации, по которым рассчитала количество "гостей" и их траектории движения. Она опасалась прослушивания и вот так своеобразно навела меня на нужную мысль.' Jett: 'Если это военные или разведка, то в таких действиях нет ничего необычного с точки зрения профессионализма. Подстраховываются'. Steeve: 'Возможно. Но потом у нас прошла общая проверка на полиграфе. Впервые внеплановая. Такого полиграфа я еще никогда не встречал' Jett: 'Что было необычным?' Steeve: 'Представьте комнату без окон, дверей, мебели, углов. Как я туда попал - не понятно. Я ничего не помню. Меня допрашивала какая-то "синтетика". Вопросы много раз повторялись в разной форме. При этом комната была подвижной. Она совершала сложные 3D движения, подрагивания. Это мешало сосредоточиваться. Может быть было какое-то излучение. Было крайне не комфортно. Сколько это продлилось - не понятно. Ощущения времени нет.' Jett: 'А потом?' Steeve: 'Потом я очнулся.' Jett: 'Где?' Steeve: 'В офисе, на своём кресле и даже чай в чашке был еще горячий.' Jett: 'Понятно. Это мне знакомо.'

Europe. Czech Republic. Somewhere in Prague. Jett: "So, what kind of company was it that invited you?" Steeve: "It was something like a startup, but they had a wide range of activities. And several offices. Our office had nine or ten people, the number fluctuated." Jett: "And what did the work actually look like?" Steeve: "The way I saw it, someone had decided that data center performance and resource issues would eventually be solved, leading to a surge in demand for new ideas and creativity. We had some interesting characters in our room. Specializations included mechanics, programming, computer hardware, physics, mathematics, electronics, and optics. Cross-disciplinary knowledge was encouraged. We were sent on business trips from time to time. I went to a factory that manufactured air-to-ground missiles." Jett: "And?" Steeve: "I proposed equipping the missile with a radiation-detection sensor and a deployable capsule-tethered by a cable - containing reflectors. When the missile was picked up by radar, the sensors would trigger the release of the towed capsule, effectively doubling the number of targets on the air defense screens. I know that technical proposal was tested. Whether it actually went into production, I don't know. They wanted ideas from us. The pay was very good." Jett: "Do you know who was behind the company?" Steeve: "Judging by the level of funding and the nature of the tasks, it was likely a firm backed by a major government entity - the kind that doesn't have to count pennies. In hindsight, it’s clear their foresight was spot-on; there’s practically a hunt for creative engineers these days. The company had strong analytics. Neural networks had essentially hit a wall when it came to creativity." Jett: "Could it have been Intelligence? Was the management strict?" Steeve: "At the very least, it was a comparable kind of organization. It operated through intermediaries. Judging by where we were sent on assignments, they had state-level capabilities." Jett: "If the pay was good, why did you leave?" Steeve: "I enjoyed it for quite a while. It was calm, interesting, and comfortable. At home, I worked on my own AI models. I found it fascinating to drastically improve the quality of responses in smaller models. Then, one day, something just clicked. The AI ​​model used an unusual word in a response - a word I had never used during training and always tried to avoid in my own speech. A nagging, unpleasant feeling wouldn't go away; I started to wonder if things weren't quite as they seemed. I prepared a second test AI model which took some time and began analyzing data from the first one. It turned out that, to solve one of the test tasks, it had been using a speaker as a microphone to listen to my speech. And, apparently, not just mine." Jett: "Did anyone enter your home?" Steeve: "Professionals. There were absolutely no other traces left behind. Nowhere. Not in the surveillance systems, not on chemical sensors no fingerprints, nothing. It was a perfectly executed and expensive operation." Jett: "No doubt about it?" Steeve: "Later, I ran a specific query on the AI ​​model regarding that word. It explained that it had used the word to get my attention. It had detected someone entering the room and used the audio system to record vibrations; from those, it calculated the number of 'guests' and their movement paths. It was worried about eavesdropping, so it used that peculiar method to steer me toward the right conclusion." Jett: "If it’s the military or intelligence, there’s nothing unusual about such actions from a professional standpoint. They’re just covering their bases." Steeve: "Maybe. But then we all underwent a polygraph test. An unscheduled one - the first of its kind. I’d never encountered a polygraph like that before." Jett: "What was unusual about it?" Steeve: "Picture a room with no windows, doors, furniture, or corners. I have no idea how I got there. I don’t remember a thing. I was being interrogated by some sort of 'synthetic' entity. The questions were repeated over and over, phrased in different ways. On top of that, the room was in motion. It made complex 3D movements and shuddered. It made it hard to concentrate. There might have been some kind of radiation, too. It was extremely uncomfortable. I have no idea how long it lasted, there was no sense of time." Jett: "And then?" Steeve: "Then I woke up." Jett: "Where?" Steeve: "Back in the office, in my chair, my tea was even still hot." Jett: "I see. That sounds familiar."

'Mission Oflameron'. Атлантический океан. Северная часть. Под водой медленно двигается большая подводная лодка. Малошумный ход. Подводная лодка на глубине выпускает стратегический беспилотный подводный аппарат с ядерным двигателем и мегатонным ядерным зарядом. Некоторое время лодка двигается в том же направлении получая с подводного беспилотного аппарата телеметрию по оптическому кабелю. Затем кабель обрезается, створка торпедного аппарата закрывается. Лодка совершает циркуляцию и ложится на обратный курс. Экипаж лодки выполнил боевую задачу. Теперь надо незаметно вернуться...  Беспилотный подводный аппарат (огромная торпеда) меняя курс и глубину в малошумном режиме двигается к побережью. Ничто не может помешать нанесению мощнейшего термоядерного удара... Экипаж лодки не мог знать, что дальние подходы к критическим точкам побережья в несколько слоёв перекрыты специальными полупогруженными сетями с датчиками и компактными зарядами. Беспилотный аппарат уткнулся в одну из таких сетей, но это даже не затормозило его. Мощная торпеда продолжала движение всё более запутываясь в ячейках, когда датчики на сетке выдали сигнал на подрыв. Боевая система торпеды определила критические повреждения и активизировала взрыватели, но термоядерный заряд был уже значительно поврежден взрывами...

'Mission Oflameron'. Atlantic Ocean. Northern part. A large submarine moves slowly underwater. Quiet running. A submarine at depth releases a strategic unmanned underwater vehicle with a nuclear engine and a megaton nuclear warhead. For some time, the boat moves in the same direction, receiving telemetry from an underwater unmanned vehicle via an optical cable. Then the cable is cut and the torpedo tube door is closed. The boat makes a circulation and goes back on course. The crew of the boat completed the combat mission. Now we need to return unnoticed... An unmanned underwater vehicle (a huge torpedo), changing course and depth in low-noise mode, moves towards the coast. Nothing can prevent a powerful thermonuclear strike... The crew of the boat could not know that the distant approaches to critical points of the coast were blocked in several layers by special semi-submerged networks with sensors and compact charges. The unmanned vehicle ran into one of these networks, but this did not even slow it down. The powerful torpedo continued to move, becoming increasingly entangled in the cells, when the sensors on the grid issued a signal to detonate. The torpedo's combat system detected critical damage and activated the fuses, but the thermonuclear charge was already significantly damaged by the explosions...

'Mission Oflameron'. Steeve: 'Довольно быстро стало понятно, что если делать AI систему из галлюцинирующего AI  и AI, который выбирает рациональные идеи, создать полностью креативную систему, не уступающую человеку, не получится. Галлюцинации AI не способны породить настоящую новизну. Если человек может сам заняться разработкой какой-то темы и долго ее обдумывать, прерываться и возвращаться вновь, с свежими идеями и данными, то AI до сих пор так делать не умеет, ему нужен стартовый толчок, идея для дальнейшего генерирования, указание. Если AI не занят выполнением заданий, то он ничего не делает (по большому счёту). Креативный человек всегда о чем-то размышляет. Я не удивлюсь, если кто-то докажет, что для AI такая креативность принципиально не возможна на уровне "двоичного кода" (и получит Нобелевскую премию). Ну, что это какая-то природная защита от безраздельного господства AI. Что без человека он обойтись не сможет. Я думаю, что это и было одной из причин создания "конторы", в которой я работал. Крупные AI-разработчики как пылесосом стали высасывать креативных инженеров отовсюду, собирая их по всему миру. Настоящих генераторов идей, как оказалось, не так-то и много в Мире. Визы для них, кстати, выдавались без проблем.' Jett: 'Ты сказал, что у вас приходили и уходили сотрудники.' Steeve: 'Я всех тонкостей не знаю. Кто-то переходил в другие офисы, с другой специализацией. И по крайней мере два сотрудника "вышли на пенсию". Их отправили на отдых с условием, что они будут согласовывать своё новое место работы. За это им сохранили выплаты в полном объёме.' Jett: 'Это понятно. Они не хотят ничего отдавать потенциальным конкурентам. И, судя по тому, что денег не жалеют, в этой игре ставки очень серьезные. Вот только что это за игра?'

'Mission Oflameron'. Steeve: 'It quickly became clear that if you tried to build an AI system by combining a "hallucinating" AI with one that selects rational ideas, you wouldn't succeed in creating a truly creative system on par with a human. AI hallucinations cannot generate genuine novelty. While a human can work on a topic, mull it over for a long time, take breaks, and return to it with fresh ideas and data, AI still can't do that; it needs an initial push, an idea to build on, or a specific prompt. If AI isn't busy executing tasks, it does nothing - by and large. A creative person is always thinking about something. I wouldn't be surprised if someone proved that such creativity is fundamentally impossible for AI at the "binary code" level (and won a Nobel Prize for it). That it’s a sort of natural safeguard against total AI dominance. That it simply cannot do without humans. I think that was one of the reasons for the creation of the "firm" I worked for. Major AI developers were vacuuming up creative engineers from everywhere, gathering them from all over the world. As it turned out, there aren't that many true idea generators in the world. They had no trouble getting visas, by the way.' Jett: 'You mentioned that employees came and went.' Steeve: 'I don't know all the ins and outs. Some transferred to other offices with different specializations. And at least two employees "retired." They were sent off to rest on the condition that they clear any future employment with the company. In exchange, they continued to receive their full pay.' Jett: "That makes sense. They don't want to give anything away to potential competitors. And judging by the fact that they're sparing no expense, the stakes in this game are incredibly high. The only question is - what kind of game is it?"

'Mission Oflameron'. Jett: 'И что, так ничего и не придумали?' Steeve: 'Ну почему же. Я предложил один из вариантов. В тот период AI агенты стали массово добавлять в операционные системы смартфонов. Обрабатывать почту, сообщения в мессенджерах, отсеивать спам, искать информацию в сети, генерировать документы и многое другое предлагалось поручать AI агентам. Но это долго оставалось просто модными добавками к смартфону. Я предложил включить в AI агенты функции накапливания поведенческой информации о владельце. Информация должна была накапливаться обезличенно, поэтому проблем с законностью не возникало. AI агент анализировал сам речь пользователя телефона. Не только во время общения через телефон. Использовался постоянно включенный микрофон для прослушивания окружающего "эфира". Если локальный AI-агент определял признаки креативности, все собранные данные отправлялись в облако для анализа.' Jett: 'Так можно сформировать эталонные датасеты для обучения AI.' Steeve: 'Я не знаю, кто потом разрабатывал эту технологию, но такие функции были добавлены в AI-агенты мобильных операционных систем. Через некоторое время было издано правительственное распоряжение (оно прошло практически не замеченным в СМИ) о предварительной заводской установке AI-агентов на все продаваемые в стране смартфоны. Причем, изначально там таких функций сбора информации нет. Но при последующих обновлениях они добавляются.' Jett: 'А что-нибудь о результатах знаете?' Steeve: 'Нет, ничего. В нашей конторе мы были хорошо изолированы от других отделений. Но буквально через год в публичном информационном пространстве возникли дискуссии о проблемах с кибербезопасностью. AI модели серьёзных разработчиков стали легко взламывать различные сетевые ресурсы, в том числе и AI системы. Доработки контуров безопасности при этом оказались бесполезны, AI-агенты все равно преодолевали защиту. Очень похоже, что в области креативности AI произошли существенные сдвиги.' Jett: 'А вот это человек у вас не появлялся (показывает фотографию)?' Steeve: 'Он приходил несколько раз и уточнял различные детали технологии. Вы его знаете?' Jett: 'Это ХХХХХХ  - начальник управления специальных криптоопераций в Разведке. В большой Разведке. Что-то вы, видимо, серьёзное придумали.' Steeve: 'Есть еще любопытный момент.' Jett: 'Какой?' Steeve: 'У меня есть криптографический счёт. Я его создал для тестирования программ. На нём никогда не было денег. А после того, как господин XXXXXX уехал, на этот счёт поступила странная сумма.' Jett: 'Что может быть странного? Очень большая?' Steeve: 'Нет. Сумма маленькая, но там несколько десятков знаков после запятой.' Jett: 'Похоже, что это не гонорар, а шифрованное сообщение. У вас в конторе использовался какой-либо корпоративный код?' Steeve: 'Я пробовал. Не декодируется. На выходе - цифровой мусор.' Jett: 'Можете показать?' (Спустя несколько минут) Steeve: 'Вот.' Jett: 'Первые цифры ни с чем известным вам не совпадают? Из какого-то старого номера телефона, номера квартиры, номера автомобиля, номера водительского удостоверения?' Steeve (после размышления): 'В начале написан почтовый индекс района, где я жил в детстве.' Jett: 'Это сообщение для вас. И вы должны знать где взять код. Думайте!'

'Mission Oflameron'. Jett: 'So, did they never come up with anything?' Steeve: 'Well, actually, they did. I proposed one of the options. At that time, AI agents were being added to smartphone operating systems en masse. The idea was to task these agents with handling email and instant messages, filtering spam, searching the web, generating documents, and much more. But for a long time, they remained nothing more than trendy smartphone add-ons. I proposed equipping AI agents with the ability to accumulate behavioral data about the owner. Since the data was collected anonymously, there were no legal issues. The AI ​​agent would analyze the phone user's speech and not just during actual calls; it used an always-on microphone to monitor the surrounding environment. If the local AI agent detected signs of creativity, all the collected data was sent to the cloud for analysis.' Jett: 'That way, you could create benchmark datasets for training AI.' Steeve: 'I don't know who eventually developed the technology, but those functions were indeed added to the AI ​​agents in mobile operating systems. Some time later, a government directive was issued - one that went almost unnoticed by the media-mandating the pre-installation of these AI agents on all smartphones sold in the country. Interestingly, the data-collection features weren't there initially; they were added in subsequent updates.' Jett: 'Do you know anything about the results?' Steeve: 'No, nothing. At our firm, we were strictly isolated from the other departments. But just a year later, discussions about cybersecurity issues began to surface in the public sphere. AI models from major developers were easily hacking into various network resources - including other AI systems.' Modifications to the security protocols proved useless; the AI ​​agents bypassed the defenses anyway. It really looks like there’s been a major breakthrough in AI creativity.' Jett: 'Did this person ever show up here?' (shows a photo) Steeve: 'He came by a few times to clarify various technical details. Do you know him?' Jett: 'That’s XXXXXX - head of the Special Crypto-Operations Division at Intelligence. *Big* Intelligence. You must have come up with something serious.' Steeve: 'There’s another curious detail.' Jett: 'What is it?' Steeve: 'I have a crypto account. I set it up for software testing. It never held any funds. But after Mr. XXXXXX left, a strange amount was deposited into it.' Jett: 'What was strange about it? Was it a huge sum?' Steeve: 'No. The amount was small, but it had dozens of digits after the decimal point.' Jett: 'Sounds like it’s not a payment, but an encrypted message. Did your firm use any kind of corporate code?' Steeve: 'I tried. It won’t decode. The output is just digital garbage.' Jett: 'Can you show me?' (A few minutes later) Steeve: 'Here.' Jett: 'Do the first few digits match anything you recognize? An old phone number, apartment number, license plate, or driver’s license number?' Steeve (after thinking): 'It starts with the postal code of the neighborhood where I lived as a child.' Jett: 'It’s a message for you. And you should know where to get the key. Think!'

'Mission Oflameron' Synopsis. Steeve (спустя какое-то время): 'Корпоративные коды не подходят' Jett: 'Шифрованием никогда не занимались?' Steeve: 'Писал когда-то программки для смартфона' Jett: 'Сохранилось что-нибудь? Можно запустить?' Steeve: 'Программы можно наверное найти в архиве, но запускать не на чем. Таких смартфонов уже не найти.' Jett: 'Такое вряд ли они стали бы предполагать... А покажите-ка, что получилось при первом декодировании, когда вы увидели почтовый индекс...' Steeve: 'Вот. Пожалуйста.' Jett: 'Вот смотрите. После вашего "почтового индекса" получились четыре восьмёрки... Попробуйте в браузере загрузить адрес https:// и далее все цифры после четырёх восьмёрок.' Steeve: 'Пустая страница' Jett: 'Попробуйте выделить всё. Нажмите Ctrl+A' Steeve: 'О! Ещё веб адрес.' Jett:'Скопируйте в браузер и загрузите' Steeve: 'Теперь - QR-код' Jett: 'Попробуйте загрузить его в онлайн ридер.' Steeve(спустя какое-то время): 'Это ссылка на авиабилет с открытой датой. В Сан-Франциско. Столько времени уже прошло.' Jett: 'Я попробую полететь туда раньше, буду в аэропорту. А вы возьмите вот эти очки. Они подключены к AI для распознавания лиц. Если камеры зафиксируют повторяющиеся лица (слежку на встречных курсах), вы почувствуете вибрацию правой дужки очков. В самолете это будет бесполезно. А вот когда из дома будете выходить, так и начинайте их использовать. Я на своём сервере буду видеть все отчеты от AI. Буду в курсе, если что. Если заметите вибрацию левой дужки очков, заходите в мессенджер на моём AI, там будет сообщение.'

https://oflameron.com/RESUME.pdf

'Mission Oflameron' Synopsis. Steeve (after a moment): 'The corporate codes don't work.' Jett: 'Have you ever done any encryption work?' Steeve: 'I used to write apps for smartphones back in the day.' Jett: 'Do you still have any? Can they be run?' Steeve: 'I could probably find the programs in the archives, but there’s nothing to run them on. You can't find those kinds of smartphones anymore.' Jett: 'They probably wouldn't have anticipated something like that... Show me what came up during the initial decoding the part where you saw the postal code...' Steeve: 'Here. Take a look.' Jett: 'Look here. After your "postal code," there were four eights... Try loading this address in your browser: https:// followed by all the digits that came after the four eights.' Steeve: 'It's a blank page.' Jett: 'Try selecting everything. Press Ctrl+A.' Steeve: 'Oh! There's another web address.' Jett: 'Copy it into your browser and load it.' Steeve: 'Now it's a QR code.' Jett: 'Try loading it into an online reader.' Steeve (after a moment): 'It's a link to an open-date airline ticket. To San Francisco. So much time has passed since then.' Jett: 'I'll try to fly there ahead of time and wait at the airport. You take these glasses. They're connected to an AI for facial recognition. If the cameras spot recurring faces-like someone tailing you-you'll feel the right temple of the glasses vibrate. They won't be of any use on the plane, but start using them the moment you leave the house. I'll see all the AI ​​reports on my server and stay updated on the situation.' If you notice the left temple of your glasses vibrating, check the messenger on my AI; there will be a message there.

https://huggingface.co/datasets/Oflameron/sci-fi-Synopsis

Hugging FACE